Бумажный зверинец (сборник)  - Кен Лю

Мистер Кан сделал вид, что ничего не заметил.

– А еще я немного занимаюсь магией.

Это заинтересовало Лилли.

– Магией какого типа?

– Я – литеромант.

– Чего?

– Дедушка предсказывает судьбу людей по иероглифам в их именах и еще по тем иероглифам, которые они сами выберут, – объяснил Тедди.

Лилли почувствовала, что она словно вступила в полосу густого тумана. Ничего не понимая, она посмотрела на мистера Кана.

– Китайцы изобрели письмо, чтобы удобнее было предсказывать будущее, поэтому в китайских иероглифах всегда скрыта глубинная магия. Глядя на иероглифы, я могу сказать, что тревожит людей, что было у них в прошлом и что ждет их в будущем. Давай я покажу. Загадай слово, любое слово.

Лилли посмотрела вокруг. Они сидели на камнях на берегу реки, и она видела листья на деревьях, которые начали желтеть и краснеть, а зерна на рисовых стеблях тяжелели и наливались, готовые к скорой уборке урожая.

– Осень, – сказала она.

Мистер Кан взял палку и нарисовал на мягкой глине у своей ноги иероглиф.

– Извини за неряшливость рисунка, но у меня нет с собой бумаги и кисти. Это иероглиф Цзю, что значит «осень» на китайском.

– Как ты можешь предсказать судьбу вот по этому?

– Я разбираю иероглиф по частям, а затем собираю обратно. Китайские иероглифы составляются из других иероглифов, словно из строительных блоков. Так, цзю состоит из двух других иероглифов. Вот это слева – иероглиф хе, означающий «просо» или «рис» или любое другое зерновое растение. Сейчас он достаточно стилизован, но в древние времена этот иероглиф рисовали вот так.

Он снова начертил на глине.

– Видишь, он выглядит как стебель, наклонившийся под весом спелого зерна?

Лилли восторженно кивнула.

– Теперь в правой части иероглифа цзю есть другой иероглиф – хо, что означает «огонь». Видишь, он выглядит как пламя с отлетающими от него искрами?

В северном Китае, откуда я родом, у нас нет риса. Вместо него мы выращиваем просо, пшеницу и сорго. Осенью после сбора и обмолачивания зерна мы раскладываем стебли по полям и сжигаем их, чтобы пепел удобрил поля на следующий год. Золотые стебли и красное пламя – если ты соединишь их вместе, то получишь цзю – осень.

Лилли кивнула, представив себе эту картину.

– Но о чем мне может сказать то, что ты выбрала иероглиф цзю? – Мистер Кан замолчал, задумавшись. Затем нарисовал несколько штрихов под цзю.

– Вот… Я изобразил иероглиф синь под цзю. Этот рисунок – форма твоего сердца. Вместе они составляют новый иероглиф чжоу, а он значит «беспокойство» или «печаль».

Лилли почувствовала, как сжимается ее сердце, и все вокруг вдруг становится нечетким. У нее перехватило дыхание.

– У тебя много печали на сердце, Лилли, много беспокойства. Что-то очень сильно тревожит тебя.

Лилли посмотрела на его доброе лицо в глубоких морщинах, на его опрятные белые волосы и подошла к нему. Мистер Кан распахнул объятия, и Лилли уткнулась лицом в его плечо, а он обнял ее легко и бережно.

Плача, она рассказала мистеру Кану о том, как провела день в школе, о других девочках и издевательской песне, о пустом кухонном столе, на котором не было писем от подруг.

– Я научу тебя драться, – сказал Тедди, когда Лилли закончила свой рассказ. – Если ты врежешь им больно-пребольно, они от тебя отстанут.

Лилли покачала головой. У мальчишек все просто и кулаки можно использовать вместо слов. Магия слов, которыми обмениваются девчонки, гораздо сложнее.

* * *

– Есть глубинная магия в слове гук, как оскорбительно называют нас американцы, – сказал мистер Кан после того, как Лилли вытерла слезы и немного успокоилась. Лилли удивленно посмотрела на него. Она знала, что это слово было плохим, и думала, что он разозлится, когда она его произнесет, но мистер Кан ничуть не разозлился.

– Некоторые люди считают, что это слово несет в себе черную магию, которую можно использовать, чтобы терзать сердца жителей Азии и причинять боль тем, кто готов стать тебе другом, – сказал мистер Кан. – Но они не понимают истинной магии этого слова. Ты знаешь, откуда оно пошло?

– Нет.

– Когда американские солдаты впервые появились в Корее, они часто слышали, как корейские солдаты говорили мигук. Они думали, что корейцы говорили: «Мы гуки». Но на самом деле они обсуждали американцев, а мигук значит «Америка». Корейское же слово гук означает «страна». Поэтому когда американские солдаты начали называть жителей Азии «гуками», они не понимали, что на самом деле они говорили о себе.

– Ну надо же! – сказала Лилли. Правда, она не совсем понимала, как ей могут пригодиться эти сведения.

– Я покажу тебе магию, которую ты сможешь использовать для самозащиты. – Мистер Кан повернулся к Тедди. – Можно мне то зеркальце, которым ты дразнишь кошек?

Тедди вытащил из кармана небольшой кусочек стекла. Он, по-видимому, откололся от большого зеркала, и его острые края были заклеены липкой лентой, на которой чернилами были написаны какие-то китайские иероглифы.

– Китайцы тысячелетиями используют зеркала, чтобы отгонять беду, – сказал мистер Кан. – Не стоит недооценивать это зеркальце. В нем скрывается великая магия. В следующий раз, когда другие девочки начнут дразнить тебя, достань это зеркало и дай им в него посмотреть.

Лилли взяла зеркальце. Она на самом деле не поверила тому, что говорил мистер Кан. Он, конечно, добрый и хороший, но говорил какие-то нелепости. Но она нуждалась в друзьях, и мистер Кан с Тедди практически стали одними из самых близких ей людей по эту сторону Тихого океана.

– Спасибо! – сказал она.

– Мисс Лилли, – мистер Кан встал и торжественно пожал ей руку, – когда между двумя друзьями такая разница в годах, мы, китайцы, называем это ван нянь чжи цзяо, дружбой, для которой безразличны года. Нас свела сама судьба. Надеюсь, что ты всегда будешь воспринимать меня и Тедди как своих друзей.

* * *

Лилли объяснила, что испачкала одежду из-за А-Хуана, «упрямого азиатского буйвола», которого она все-таки подчинила себе, используя навыки настоящей техасской «кау-гёрл». Конечно, мама была вне себя, когда увидела испорченную одежду Лилли. Она прочитала Лилли длинную нотацию, и даже папа вздохнул и объяснил, что ей пора уже перестать строить из себя мальчишку, так как она становится уже юной леди. Однако в целом Лилли решила, что легко отделалась.